Мы все вернулись в столицу! Ура! Наконец-то я привёз всех моих девочек обратно, к себе домой. И я этому несказанно рад. Но помимо оголтелого счастья, нависло облако сомнений…

Ехали мы быстро. Выехали из Овсянки в 21 часов и уже к 23:15–23:30 были в Нижнем Новгороде. Несмотря на то, что въезжали в город мы в субботу вечером, нас всё равно встретила неприятная пробка, длиною в час. В потоке стояли только машины с нижегородскими номерами, но нас всё равно никто не пропускал, не понимали, что конечный пункт нашего путешествия — отнюдь не провинциальная столица Поволжья. А вырвавшись за её пределы, мы наконец-то поехали. Дороги отремонтированы, сил много, настроение хорошее. Девочки несколько раз просыпались и наиболее грустно было именно в пробке под Нижним. На одной из заправок в час ночи мы их покормили, но то ли спросонья, то ли из-за дороги кушать они как-то не стали.

В четыре утра мы были дома. У нас получилось аккуратно достать дочек из автокресел и почти незаметно их перенести в подъезд, но вот горе, от шума лифта они проснулись, сразу обе… А вокруг так много всего как будто нового, так много всего интересного. Первой по сторонам начала смотреть Аня, но Яна «догнала» сестру всего через пару секунд. И да, мы поняли, что наш коварный план «по-тихому» уложить дочек в свои кроватки спать у нас никак не удастся. Девочки проснулись окончательно и с двойной силой начали знакомиться со своей старой новой квартирой. Пока они не обследовали все уголки, мы даже не предпринимали попыток уговорить их продолжить сон, но около шести утра всё-таки удалось их убаюкать. Оставшийся их сон, увы, был недолог. Я очень рад, что Таня не стала меня будить на их завтрак и мне удалось немного восстановить баланс сил, но как это удаётся Тане, до рождения детей бывшей сильно меня слабее, мне поистине непонятно… Жена, ты — робот. И что приводит тебя в движение, для меня и правда загадка 😉 .

Днём мы гуляли в Черкизовском детском парке и нам повезло не попасть под дождь. А вечером мы катались на машине в магазин детских товаров и Аня выбрала себе дорого енота, а Яна — дешёвую собачку в отделе плюшевых игрушек. Дочкам там очень понравилось. Яна под конец «раскусила», что главная на этом празднике жизни — она и выбирать свои игрушки стала тщательнее, хотя одновременно и активнее.

А вечером мы предприняли вылазку уже на нашу игровую площадку. Там, где Тане с малышками предстоит играть ещё долго. И здесь нас ждало разочарование. За время, проведённое в деревне, и жена, и дочки, уверовали в людей. Ведь в деревне все жители с открытой душой и сердцем. Конечно и там бывают какие-то локальные конфликты, но сосед с курочками никогда не сделает замечание, что наши детки кормят и разглядывают его питомцев… Все повёрнуты к тебе лицом и твоя радость — общая радость, а общее горе — твоё в том числе. Мы знакомили детей с козами, коровами, кошками и собаками, курами и петухами, не отдавая себе отчёт в том, что это — большая радость. Для детей было даже непонятно, что подойти к чужой собственности и начать с ней знакомство, означает получение разрешения от собственника. Дети ели малину, вишню, яблоки, сорванные на своих и не только огородах и просто жили. Но здесь, на детской площадке, Яна подошла к старшим девочкам, выгулившим собачку. Она не хотела ничего недоброго, наверняка, она мечтала погладить животное, как привыкла это делать в деревне. Но местные девочки другие. Они оддёрнули собаку за поводок. Они продолжали играть в своей компании (ведь девочкам всего десять-двеннадцать лет и они всё ещё дети), продолжали играть друг с другом и с собакой, но нашим дочкам познакомиться с псом Арсением было несуждено. Да. И для меня, и для Тани это поведение чужих детей оказалось шокирующим. Мы настолько привыкли, что другие малыши — друзья нашим девочкам, а они — им, что принять правду оказалось непросто.

Я бы не сказал, что дети капризничают больше обычного после возвращения в столицу. Они играют, иногда устают и плачут, иногда смеются. Дорога, всё-таки, не могла на них не подействтовать и последствия её вполне объяснимы. Но всё равно чувствуется, что нависло что-то такое, невысказанное. То, что все мы чувствуем и в чём не всегда готовы самим себе признаться. По-моему, наши дочки сильно скучают по своим дедушке и бабушке, к которым за эти два летних месяца невероятно привязались. Спасибо вам (бабушка Валя и дедушка Серёжа), что были с ними эти дни и навещайте нас в Москве чаще. Дети — очень странные существа: они не строят планы на будущее, не живут прошлым. Для них важно «сегодня», а в этом сегодня почему-то вас нет. И объяснить почему это «почему», боюсь, нам не под силу…